Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

GopiusStoryBANK создает и представляет ваши личные и корпоративные истории на Рынке Имен.

GopiusStoryBANK
помогает создавать и представлять
ваши личные и корпоративные истории на Рынке Имен,
работает над вашей Эгографией.
ведет социальную разведку,
развивает эмоциональный интеллект...


красиво и правильно...

Андрей Ващенко,
Начальник управления долгосрочного планирования и развития "Газпромтранс"
о сторителлинге и Кирилл П. Гопиусе


Коротко о Кирилле П. Гопиусе
____________________________________________________

«Комплексная помощь Сторителлера»



Картинки по запросу кирилл гопиус


Сторителлинг спектакль, книга о вас или вашей компании

Картинки по запросу сторителлинг спектакль

(командная работа,
работа с корпоративной культурой,
индивидуальные консультации,
подробные интервью,
частные беседы).

Кирилл П. Гопиус. Гиперкниги. Книги. Сценарии.



"Архетип любой коммуникации, система «рассказчик – аудитория».
В этой системе «рассказчик» (человек или группа людей) не только транслирует информационные поводы, но представляет созданную им Историю (пространственно-временной континуум, генерирующий отношения).
Сторителлинг – вписывание личных историй «рассказчика» и «аудитории» в глобальные контексты. Из чего и рождается взаимосвязь и взаимное дополнение «рассказчика» и «аудитории». А отношения становятся долгими и крепкими, а главное необходимыми обеим сторонам.
Появляются общие смыслы.
А стало быть, такие «истории» нужно, прежде всего, вытащить наружу (почему я в шутку называю себя «повивальная бабка ваших историй»), а, потом, еще и помочь представить, красиво и правильно. Это то, чем я занимаюсь. Это то, чем сторителлинг может быть Вам полезен, или не полезен..."

Storytelling Hall / Дом Сторителлинга

Обо мне подробно здесь...

«Гадюка». Театр «Сфера». Режиссер Виктория Печерникова.

«Жалко людей… особенно всех…»
                              К\ф «Огни притона»

Бывает, начнешь подробно изучать какого-нибудь понравившегося автора, и с какого-то момента появляется страх, «вот сейчас будет хуже, чем было». Опыт таких огорчений огромен. С режиссером Викторией Печерниковой ничего похожего даже близко не бывает. Вопрос к ее спектаклям один, на какое новое творческое поле она тебя пригласит сегодня. И поскольку до начала представления шансов ответить на этот вопрос нет, лучше, не тратя время, идти и смотреть. В этот раз меня ждала «Гадюка» по Алексею Толстому.

Театр «Сфера» это такой «театральный цирк», в котором зрители располагаются вокруг условной сцены. Условной, потому что, кроме нее, в спектакле задействованы и проходы, и дополнительные помосты, и все выходы из зала. А сидел я на первом ряду, в самой гуще событий. Это необычно, и чего-то такого сопереживательного добавляет. Ранжировать жанр представленного не представляется возможным. Здесь были, в той или иной мере, и трагедия, и мистерия буфф, и мюзикл, и даже ток шоу. Жанры менялись «но, без напряжения, без напряжения…» Закончилось бы все балетом, я бы и то не удивился, потому что было бы это, скорее всего, оправдано развитием повествования.

Кстати, танец-то там был! И очень сильный. Через него было передано, а потом повторено состояние «есть упоение в бою». Спектакль-то о девушке, прошедшей все возможные ужасы революции и гражданской войны, а после них, вернувшейся в мирную непмановскую жизнь. Все два действия мне казалось, что я чего-то забыл, а теперь мне необходимо это вспомнить. Что «это», было не понятно. И все-таки, эмоциональная память меня не подвела. Был такой одноименный фильм 65-го года издания, который я видел в юности и запомнил его именно из-за сильного потрясения. Мы советские дети искусством и государством были приучены к боям и сражениям, к сопровождающим их смертям героев. Но, то, что этих же героев, в обычной жизни всякая «гражданская сволочь» может довести до последней черты лучше любой колчаковской контрразведки с ее пытками и зверствами, я тогда увидел впервые.

Чуть позже в нашей жизни были войны афганцы, которых такие же «гниды» и за героев не считали, повторяя иезуитское: «мы вас туда не посылали». Потом ту же чашу испили российские солдаты, возвращавшиеся из Чечни. И было уже не так удивительно, но, отчего-то стыдно… И ничего нового.  Так было. Так есть. Так будет. Со всеми, кто хоть немного герой. Не всегда с оружием, но всегда с битвы за новую жизнь. Не знаю, насколько этот спектакль режиссер может назвать «обо мне». Но, то, что он обо мне, это факт. Намашешься «шашкой», за победу того, что тебе не безразлично и дорого, вернешься к людям, сам немного не в себе, конечно. А там… такое болото… А тут… еще молодая в сущности девчонка…

Кстати, о девчонке. О режиссере Виктории Печерниковой мною писано много, в пору антологию рецензий о ее спектаклях составлять. Но, есть же еще Виктория Печерникова актриса! До этого я видел ее в этом качестве один раз, но в чужом спектакле. А тут… Была бы необходимость сделать ей актерское портфолио, материала «Гадюки» хватило бы за глаза. Ее главная роль Ольги Зотовой («гадюки») – материал такой, что только твори. Она и натворила… Я за время представления видел семерых разных Вик (ну или Ольг).  Восторженная гимназистка, отчаявшаяся гимназистка, неопытный, но решительный кавалерист-девочка, отчаянный и бравый кавалерист-женщина, кавалерист-женщина, вернувшаяся с войны, женщина, захотевшая женского счастья и… женщина убийца.

Для меня был самый неожиданный и пробирающий до печенок момент преображения «кавалериста-женщины, вернувшейся с войны» в «женщину, захотевшую женского счастья», когда вдруг появляется надежда: «у такой должно получится!»
… А какая команда с ней творила эту красивую и правильную, хотя очень грустную историю. Надо сказать, что и остальным актерам приходилось по замыслу режиссера играть сразу несколько ролей. Ролей и близко друг с другом не стоявших. Они играли так, что и узнать можно было скорее через определенные логические рассуждения, чем через то, что ты видел и слышал. Все прекрасны!

Когда все закончилось и отхлопалось, я был рад тому, что в гардеробе выстроилась очередь. Это создавало легитимность моего неподвижного сидения на стуле. В моей книге я рассуждаю о таком термине, как «культура зрителя». О том, что быть настоящим зрителем, это тяжелый труд и постоянное образование. Я сидел, не вставая, потому что устал. Очень устал. Потому что мне предоставлена была возможность прокачать свою зрительскую культуру. Я ей воспользовался и теперь чувствовал приятную усталость, как после достойно сделанного дела…
И спасибо за это
Виктория Печерникова, Алексей Суренский, Валерия Гладилина, Сергей Загорельский, Виктория Склянченкова, Галина Калашникова, Никита Спиридонов, Дмитрий Новиков! Музыкальный ансамбль: Роман Сычев, Антон Жуков, Анна Тимченко, з.а. России Марат Гумеров, Павел Герасимов, Алексей Богомолов, Владимир Сыровегин!

СпасиБог!

Картинки по запросу гадюка сфера
    
  

Ж. Помра «Красная шапка». Режиссер В. Печерникова. Театр на Таганке.

«Мать вышла на крыльцо проводить девочку и стала её напутствовать:
– С чужими, дочка, не разговаривай, с дороги не сворачивай.
– Не беспокойся, – ответила Красная Шапочка, попрощалась с матерью и отправилась через лес к дому, где жила бабушка…»
                                     Шарль Перро «Красная шапочка»

«Никогда не заговаривайте с незнакомцами»
                                    Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

Для меня термин «детские спектакли» перестал существовать, после того, как я посмотрел в Лианозовском театре «Оскар и розовая дама» (для детей от пяти лет). Кто видел, тот понимает, о чем я. После этого я имел счастье много раз получать от «детских спектаклей» больше, чем от иных «взрослых». Поэтому, когда меня пригласили на «Красную шапку» в «на Таганке», я пошел без тени сомнений. Тем более, что режиссер Виктория Печерникова для меня, как «знак качества». Да и слово «шапка» в названии намекало на что-то не ортодоксальное.

Не буду сохранять интригу, открою все карты вначале. Ничего более необычного, одновременно погружающего и возносящего я не видел давно, а может быть и никогда.
Это такой сложно сочиненный текст (в смысле, от латинского «полотно»), что критикам будет сложно, если ни не возможно, определить жанр спектакля (ну да пусть почешут репу).
Сторителлинг, пантомима, театр мимики и жеста, театр теней, драматический театр все вплелось и разместилось в пространстве заученного, как молитва, сюжета про маленькую девочку и ее маму. А сквозь это еще и точно подобранный и составленный «саундтрек».

В описании спектаклей Виктории Печерниковой для меня одна проблема, не упустить чего-то из того, что достойно восхищения или просто доброго слова. Поэтому сразу по списку…
Разделить рассказчика и передаваемое им состояние, идея с большим потенциалом. Что-то похожее, я пробовал, когда рассказывал истории под аккомпанемент хореографии плей бэк театра. Но здесь это было в дистиллированном виде. Рассказчика убрали вовсе «за кадр», а две актрисы (красная шапочка и ее мама) представляли состояние героинь, передавая энергию текста. Первые пару минут возникает чувство неполноценности и надувательства («Где говорящие актеры, к которым мы привыкли?»), но, потом, если в тебе хоть немножечко есть «уважения к тексту» (термин сторителлинговский, означающий «стремление искать смысл во всем явленном»), ты начинаешь «втыкать», тебе это начинает нравиться до восхищения к середине представления.

И каким же громом среди ясного неба становиться произнесенное вслух, ни с того ни с сего, Красной шапочкой: «Я тебя не боюсь!..» Это она волку, которого, к слову и нет (он появляется только, как отражение в зеркале или, как тень). С этим «Я тебя не боюсь!..» как-то сразу успокаиваешься. Не за героиню. За себя. Ты словно вернулся в нормальную жизнь. На заре моей сторителлинговской юности была у меня идея заставить рассказывать истории о себе жриц модной индустрии, после прохождения по подиуму. Даже предложил это одному модельеру, но… не нашел понимания.

Если сказать пару слов «о чем?», то это о сложных отношениях мамы и дочки, на каковые имеют влияния мамы мам и серые волки. По сюжету конкретного представления разбросаны разные вопросы и загадки на эту тему. Но я сторителлер, я не хочу ничего разгадывать. Я хочу получать состояния. И одно из них меня накрыло особо. В эпизоде, когда мама звонит бабушке, в надежде услышать дочку, а никто не отвечает. Я вспомнил все свои долгие длинные гудки от не отвечающих детей. Меня охватила противная, ерзающая паника до учащенного сердцебиения. Я это пережил. «Пережил» в том смысле, что «эмоционально погрузился», «прожил заново и «остался живым». Как у них уж это получилось… не знаю…

В общем «Красная шапка» спектакль из того рода, который засядет в тебе и различными своими углами и выступами будет будоражить потом еще долго, напоминая творческому человеку о всех идеях, которые он еще не успел воплотить и генерируя новые. И если творчество вам не чуждо ( не важно, в бизнесе ли, в спорте, в политике, в искусстве или образовании) найдите афишу театра, отыщите в ней это легко запоминающееся название и сходите один или коллегиально. Будете потом долго Кирилл Палычу спасибо говорить.
А я в свою очередь скажу спасибо, Виктория!
Спасибо, Настя Колпикова и Юля Стожарова!
СпасиБог!

P.S. Пусть не совсем к месту, но чувствую, что не могу не проговорить того, о чем постеснялся сказать вначале. Ничего более эротичного, чем красиво и правильно двигающаяся черноволосая девушка в красном берете и темном платье, измазанном мукою, в туфлях на высоком каблуке, я не видел. А может быть, и не увижу…
Теперь… все.      

Похожее изображение

«Квадратура круга». Режиссер Виктория Печерникова. МТЮЗ.

«Водеви́ль (фр. vaudeville) — комедийная пьеса с песенками-куплетами и танцами, а также жанр драматического искусства». Википедия.

Вот уж не думал, что буду писать о водевиле. Более того, писать с удовольствием… Мне как-то долгое время казалось, что когда мешают все в одну кучу, и песенки, и танцульки, и шуточки, от этого ничего хорошего не выходит, а одна сплошная неестественность. Еще, когда я напрашивался на посещение «Квадратуры круга», и представления не имел, что это водевиль. В общем, меня ждал сюрприз. И как только представление началось, я сразу почувствовал недоброе… Сразу чего-то запели, затанцевали главные герои вместе с подтанцовкой. Зашутили, подмигивая публике. О, думаю, попал Кирилл Палыч, как кур во щи.

Но, нас сторителлеров с молока матери учат, уважай текст. Ищи ключи ко всему, а с ними и смысл. Искать пришлось не долго. Точнее, ключи висели на виду от начала представления. Ключа два: текст Валентина Катаева и режиссура Виктории Печерниковой. За Викторией я с удовольствием наблюдаю года четыре как. Видел несколько ее спектаклей (под сурдинку признаюсь, в одном даже участвовал, по мере сил и таланта). Каждый раз это здОрово. Каждый раз по-новому. Ну а уж текст «крестного отца» «Двенадцати стульев», разве мог он не подойти к моему сердцу и не открыть его на полтора часа спектакля? Не мог. Он подошел и открыл…

«…Абрам. Между прочим, ты сегодня обедала? Ужасно жрать хочется. Может быть, у Васьки что-нибудь есть? Колбаса. Кузнецова, как ты думаешь, если я у него возьму немножко колбасы — это этично или не этично?
Тоня. Не этично.
Абрам. Так он же глубоко свой парень.
Тоня. Да? А мне показалось — наоборот, признаки нездорового обрастания: полосатый галстук, нэпманские штиблеты — в общем, имеет вид Сухаревского жениха.
Абрам. Неужели вид жениха? Я таки, по правде сказать, давно замечаю, что Васька обрастает. Кстати, все-таки надо с ним согласовать вопрос о нашем браке. Я думаю, он может только приветствовать. Так не брать Васькиной колбасы? Или, может быть, взять? А, Кузнецова, как ты думаешь? Или не этично?
Тоня. Можно сложиться на четыреста граммов краковской. У тебя деньги есть?
Абрам. После козел осталось двенадцать копеек и восемь завтра на трамвай.
Тоня. У меня тут тоже что-то… Погоди… Пять, десять… А вот еще… Тридцать девять копеек. Давай свои деньги. Тут, за углом, кажется, ларек. Я сейчас сбегаю.
Абрам. Почему именно ты сбегаешь, а не я? Я же все-таки твой муж.
Тоня. Муж? Абрам, я тебя прошу без мещанства. Ты покупал и тащил козлы, а я пойду за пищей.
Абрам. Взаимное понимание, разделение труда и рабочий контакт?
Тоня. Именно.
Абрам. Тогда не возражаю.
Тоня уходит…»

Где-то что-то похожее я уже слышал. В обстоятельствах, связанных скорее с положительными коннотациями. А потому, водевиль сошел «за своего». Оставалось надеяться, что актеры не подведут и ничего не испортят. А они постарались. С раскачечкой, но не долгой, они уже руководили моими эмоциональными реакциями. Минуте на десятой Кирилл Палыч хихикнул, немного самого себя смутившись. А потом плюнул и стал наслаждаться «комедийной пьесой с песенками-куплетами и танцами». Надо сказать и песенки и танцы были на высоте. Я думаю никого не оставил равнодушным номер Абрама с живой колбасой. Оооо… сколько таких номеров было проделано лично мной в минуты голодного творческого одиночества.

Настолько у актеров выходило все лихо и весело, что зритель не мог себе позволить отсидеться безучастно. А потому подбадривал героев совершенно искренними аплодисментами, чего и на великих образцах театрального искусства не всегда случается. В общем, по-домашнему было и на сцене, и в зале, и в едином пространстве театра.
Не имею такой дурацкой привычки, пересказывать содержание, но совет дам. Соберетесь на «Квадратуру круга», прочтите пьесу. Будет вам, как аперитив перед обедом.

Когда все закончилось, осталась веселая легкость, которая сопровождала меня домой и создавала игривое настроение, не смотря на конец недели, и обязательную с этим обстоятельством усталость. Усталости не было, как и не знали про нее. А я шел и думал, что все таки существуют в нашем не стабильном мире островки стабильности. Я сейчас про те ключи, которые помогают принять не принимаемое.
Ну и слава Богу.
«Заседание продолжается!..»

Спасибо Валентину Петровичу, Виктории и всем актерам!
СпасиБог!

P.S. Не дает покоя луна, корчившая рожи, на протяжении всего спектакля. Мало того, превращающаяся периодически в глаз, каковой в финале был одет на голову одного из героев… Но… ничего… и это разъясним.
 


Картинки по запросу мтюз квадратура круга

Евгений Гришковец. “Предисловие”.

“Когда после этого один из генералов с вопросом о том, не прикажет ли главнокомандующий приехать коляске, обратился к нему, Кутузов, отвечая, неожиданно всхлипнул, видимо находясь в сильном волнении…”

                                     Л.Н. Толстой “Война и мир”.


Как бывает? Подарят тебе билет на спектакль Гришковца. И что делать? Бежать и покупать книгу того же автора, к которой спектакль был “предисловием”, чтобы подарить тому, кто тебе подарил билет. Схема не сложная. Ее мы и осуществили с Григорием Михайловичем (Ханом), после чего шансов не оказаться вместе на спектакле Евгения Гришковца “Предисловие” у нас не было.


Вооот... А он, в смысле, Григорий Михайлович, мне еще в мае говорил, сходив на это представление: “Обязателен к просмотру для всех сторителлеров!”

Я ждал случая и дождался.

Тут еще какой нюанс. У меня ведь мысль совершить ответный подарок родилась, когда я случайно увидел на прилавке в магазине “Москва” книгу “Театр отчаяния. Отчаянный театр” с надписью: “Продается с автографом автора”. Сразу не купил, а после таких экземпляров не было. Не отказываться от книги же… И вот мы на спектакле… А мысль об автографе в голову засела.


“Предисловие”. “В начале было слово”, а “это” еще перед всем. Но, не возможно автору, родившему “что-то” не высказаться, чтобы “это” “что-то”, как ему кажется, те, кому “это” предназначено, приняли правильно. Поэтому и перед спектаклем было “предисловие”. И о выключенных телефонах, и о купленных билетах. И о том, о чем… Но, это все не важно.

А важно “слово”. И оно было. И “было у Бога”.


Мне повезло. С 30 лет я расту с Гришковцом (тогда, в 99-м, я увидел по каналу “Культура” спектакль “Как я съел собаку”). Мы примерно ровесники. И то, что с ним происходит, до меня, пусть через какое-то время, доходит и принимается. Каждый его спектакль, это одновременно открытие и обалдевание от того, что “я же… так же… как же… вот…” Поскольку нашему совместному взрослению двадцать лет, то я могу себе позволить входить в его новый спектакль с эдаким: “Ну… и что?..”

Скажу вам честно… Каждый раз мне становится стыдно за это “Ну… и что?..” И одновременно я радуюсь тому, что “и снова здесь, и снова вместе…”


Не в обиду Евгению Валерьевичу… 8 лет назад мы разговаривали с ним по телефону полчаса, он говорил: “Я не рассказываю истории!.. Я занимаюсь литературой”.

Он рассказывает… представляет “истории”! То, что греки (древние) называли “результатом исследования человеческих отношений”. Какая же была работа, если ее результат не поместился в заявленные 2 часа 20 минут? И какая была работа, результатом которой стала книга весом 1.5 килограмма?


Спектакль начался как обычно. Размышлениями. Вопросами. Ехидной неуверенностью. А дальше… Сходите и посмотрите. Чего мне вам рассказывать.

От себя скажу, что там были истории. “Старые истории о главном”. Я уловил то, что хотел уловить. Был разговор о смерти и преодолении страха смерти. Да… было предисловие к театру. Но, и театр, предисловие к этому главному разговору. Хотите, не хотите, вы все об этом думаете и не всегда уверены, что знаете ответ на вопросы “зачем?” и “что после?”


Евгений Валерьевич не отвечал, он просто делился. А в том, чем он делился было “состояние преодоления”. Муравей, отрубленный палец, потерянные деньги… Вы помните, когда первый раз задумались о том, что ВЫ умрете? Он помнит… Я помню… Вы помните… Это и есть сторителлинг. Искусство вспоминать важное.


Спектакль был последней премьерой и последним спектаклем в этом году. После него Гришковец улетал домой на каникулы. И это чувствовалось (не осознавалось сразу, но чувствовалось). Какое было его детское ликование в конце спектакля. Не от того, что “работа” закончилась, а от того, что “все получилось в течении еще одного года”.

Я подошел с книгой для автографа. Я такой был не один. Евгений Валерьевич попросил зайти за кулисы “после всего”. Мы зашли и…


Это прекрасное завершение года. Я снова радуюсь тому, что есть истории, на которые приходят люди. Слушают их и выходят какими-то не такими, как раньше… чуть лучше…


Спасибо Евгений Валерьевич!

Спасибо, Григорий Михайлович!

СпасиБог!       


Картинки по запросу гришковец предисловие

Сторителлинг спектакль, как корпоративный подарок и начало формирования Сторибанка.

Сторителлинг спектакль о компании по историям сотрудников, не только хороший корпоративный подарок, но практический материал для анализа и создания стратегий развития. Работа над спектаклем станет базой создания корпоративного Сторибанка. Кроме того, таким подарком можно будет пользоваться многократно, превратив его в корпоративный ритуал, к чему возвращаются, ибо ценно. Как показывает мой опыт, уже даже сама эта работа остается в памяти компании надолго и муссируется в кулуарах. С разным, естественно, отношением. Кроме восхищения было и непонимание и неприятие. "Как же можно заповедное на всеобщее обозрение?" (К слову сказать, таких не неволят). Но, именно "заповедное", потому и ценное. То, за что заплачена дорогая цена. Помимо ритуальности, в такой работе есть и жертвенность, а в жертвенности, желание поделиться смыслами, чтобы обрести что-то единое. Осмыленное.

Это я вам, как "Сторителлер всея Руси", а так же "бабушка и дедушка российского сторителлинга" говорю...

Материалы из архива...
Сторителлинг сериал:
«Истории одной компании» (2015).
http://game-story.livejournal.com

Сторителлинг спектакли:
«Истории из семейного альбома ХХ века» (2012).

(по книге А.П. Будберга)

http://realmir-gopius.livejournal.com/766807.html

«Истории к юбилею» (2017).
(к юбилею предпринимателя А.А. Рабинкова)

https://realmir-gopius.livejournal.com/1052787.html

«Примаков. Первый среди равных» и «Мысли вслух для будущих поколений» (2017).
(по произведениям Е.М. Примакова)

https://realmir-gopius.livejournal.com/1054093.html

«Путин. Истории из первых рук в восьми мгновениях» (2018)
(по книге Натальи Тимаковой, Андрея Колесникова, Натальи Геворкян «От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным»)

https://realmir-gopius.livejournal.com/1051157.html



Картинки по запросу театр предпринимателя

“вий#страшный поход”. Театр “Домик Фанни Белл”

В который раз убеждаюсь, спектакль, рассчитанный на детскую аудиторию, может быть куда глубже и интереснее своих “взрослых коллег”. Позвала меня актриса Анна Галинова в театр “Домик Фанни Белл”, что в саду имени Баумана, на спектакль “вий#страшный поход”. Ну “вий” и “вий”, вдаваться в подробности не стал, Ане можно доверять. Пришел и вижу, все больше дети с родителями среди зрителей.  А на входе мне девушка прям так и заявила: “Вы приходите через час, как раз спектакль закончится…” Подумала, что я не себя на представление привел, а ребенка. Пришлось отстаивать свои права…


Дополнительной нечаянной радостью стало встретить актрису Наташу Сапецкую, которую давно не видел. Сели с ней, стали смотреть. И пошел сторителлинг, как мы любим. Причем, чего уж греха таить, когда приходишь на “детские” спектакли, начинаешь на все немного свысока своего “театрального опыта” посматривать. Мол, “ну чем будете удивлять?” Или, “ну мы уж вас сильно журить не будем, понимаем…” А чего понимаем?


И хорошо, что порой, с таким отношением приходиться в откровенную “калошу” сесть. Как давеча. Николай Василич - это голова. Один его текст, это такое поле возможностей для человека с искренним интересом, просто дух захватывает, когда на такой подход наталкиваешься, как давеча. Казалось бы… пионерский поход, ночевка, три пионера и физрук. Пионеры начинают страшилки друг другу рассказывать на ночь. И как-то так, не специально, подводят дело к тому, что сам физрук заводит рассказ о студенте киевской бурсы Хоме Бруте, которому случилось попасть на ночлег к старой ведьме, скакать под ней, вступить в схватку, поразить, а после отпевать, как молодую панночку, три ночи...Мало рассказывать, так еще и представлять и переживать все это со-бытие самому. Привлекая пионеров, как действующих лиц.

И тут настоящий миф, ритуал и жертвоприношение случились. То есть, красивая и правильная история. Миф Гоголя (из которого взяли самое основное: краткий сюжет, язык и атмосферу) погрузили в созданный актерами необычный ритуал, смешавший в себе и “отче наш...” и “ом мани падме хум…” и языческие пляски и даже рэп. И все, “что” представлялось, так удачно вплеталось в то, “как” представлялось, что ответ на вопрос вопросов любого спектакля “зачем”, если и не являлся зрителям тут же, то уж семя этого ответа они с собой уносили не сомневаюсь, а значит, жертвоприношение прорастет и случится. Оно не может не случиться еще и потому, что актеры были удивительными. Живыми, а не нарисованными, не изображавшими героев Гоголя, но представляющими себя нам… Не удержусь, отмечу Алексея Паничева, в роли физрука-Хомы.


Ну а я вам желаю почаще испытывать такое нечаянное счастье, когда приходишь в “детский” театр, а выходишь, как после холодного душа в жаркий день, мокрый, но счастливый, как я… давеча...


Спасибо Ане, что позвала!

Спасибо, Алексею Паничеву, Юлие Ганчевой, Софье Золотаревой, Алексею Тахарову!

СпасиБог!

Картинки по запросу вий страшный поход     

Спасти рядового Гамлета.

“...Мы успели.

В гости к Богу не бывает опозданий…”

                                 Владимир Высоцкий


Я выходил из зала потрясенный. Долго шел от театра до метро, специально выбирая тихие вечерне-ночные переулки. То, что было увидено, должно было впитаться. Без суеты и спешки. Это надо было заново переживать.

А казалось бы, чего такого я увидел?

Смешная комедия, любимые актеры и актрисы, название рифмуется с известным голливудским триллером. Вот только Гамлет…


Сюжет незамысловатый. На гастролях театра не приехал исполнитель главной роли. Найти замену Гамлету. Спасти спектакль. Ни много, ни мало.

И тут происходит то, что сначала будит меня от летней полудремы тяжелого рабочего дня. А потом будет сидеть во мне, где-то между головой и сердцем до момента написания этих строк (вот уже три недели с лишком).


Такое происходит, когда на твоих глазах соединяется то, что тебе казалось соединено быть не может. Дух Гамлета находит свое воплощение в актере Юрие Стоянове, а тот, с гитарой и без, помогает нам вспомнить другого выдающегося исполнителя Гамлета, - Владимира Высоцкого. И все это в ритме танго в жанре комедии.


О чем эта история? Я вам не скажу. Да это и не важно. Важно, что есть этот пространственно-временной континуум, где существуют какие-то очень “свои” отношения. “Свои”, с точки зрения того, что происходит на сцене. Мы видим такого “коллективно-актерского Гамлета”. “Свои” отношения , еще и с точки зрения того, что сценой они не заканчиваются и зрители в них такие же актеры, которые вовлечены и с удовольствием играют самих себя. И это уже “коллективный актерско-зрительский Гамлет”.


Ясно было одно “рядовой Гамлет”, совсем не рядовой и он спасен. Спасен всеми нами. Я выходил из зала потрясенный. Долго шел от театра до метро, специально выбирая тихие вечерне-ночные переулки. То, что было увидено, должно было впитаться. Без суеты и спешки.

Это надо было заново переживать...


Картинки по запросу спасти рядового гамлета
.................................
Художественный руководитель постановки: Народный артист России Юрий Стоянов
Режиссер: Сергей Скоморохов

Авторы пьесы Сергей Скоморохов, Борис Бирман,
Балетмейстер Татьяна Таробанова,
Сценография и костюмы Елена Золотарёва,
Художник по гриму Татьяна Веселова,
Музыкальный руководитель Валерия Попова,
Педагог по вокалу Валерия Попова,
Постановка боев Сергей Мишенев
Художник по свету Татьяна Яцюк
Художник-постановщик Елена Золотарёва
Звукоинженер Дмитрий Бирюков
Видеоконтент и сопровождение Наталия Скоморохова,
Помощник режиссера Галина Ефимова
Креативный продюсер Никита Рогов
Продюсеры Наталия Тарыничева, Сергей Скоморохов.

В спектакле заняты: Народный артист России Юрий Стоянов, Народная артистка России Татьяна Ткач/Оксана Базилевич, Заслуженный артист России Сергей Кошонин/Игорь Головин, Заслуженный артист России Сергей Гамов, Алиса Гребенщикова, Андрей Смелов, Андрей Гульнев/Денис Портнов, Наталия Тарыничева/Александра Самохина, Никита Рогов

Елена Анатольевна Гремина.

«Последние годы я чувствовала: Лена обижалась, что я редко хожу в их театр, мало пишу про премьеры, не участвую душевно в той жизни, которой они себя посвятили. Не только на меня, конечно, — на всех критиков из группы сторонников, потому что мы стали менее заинтересованными. Не чувствовалось того драйва, который был когда-то. Новые наросли места, куда народ бежал с энтузиазмом. Иммерсивный театр, инклюзивный, постдрама, все это, как некогда документальный метод, распространялись вирусно, обретало солидные дома: Электротеатр, Новое пространство Театра Нации, Новая сцена Александринки… Да мало ли стало мест, имен, людей…»
                          Алена Солнцева «Памяти ровесников».

«Люба, отличный текст, но опечатки! Ну нельзя так. спотыкаешься же на каждом шагу. Неужто  некому вычитать? Глазам больно».
                           Татьяна Н. Толстая (из комментариев к статье).

Когда это произошло… На все воля Божья. Не было даже мысли, как-то на это письменно откликнуться. Кто мы друг другу? Меня только поразило, как вся френд лента была заполнена сообщениями об «этом» несколько дней. И сейчас продолжают появляться отдельные отзвуки. Я такого не помню ни по какому, другому поводу. Действительно, поразило…
Так бы и не написал ничего, хотя, конечно, сопереживал.
Но вот статья… Алена Солнцева «Памяти ровесников», которую разместила у себя Любовь Аркус. И слова в самом начале, те, что я использовал, как эпиграф. Да и после них, еще не было полной уверенности, что напишу. Но, вот это… «Люба, отличный текст, но опечатки!..» При этом не иначе бес за спиной дернул руку «великой писательницы», и после точки предложение она начала с маленькой буквы…
Мне кажется, вот об этом говорила «Мама Люба» из «Огней притона» Александра Гордона: «Мне жалко людей… особенно всех…»
Может это профессиональная деформация душевно слабых?

Мне понравилось, что написала Ирина Вилкова: «Вот это любовь!» А все остальное, по-моему, от лукавого.
Знакомы с Еленой Анатольевной  мы были шапочно. Через тот же сторителлинг, ЦИМ и Елену Новикову. Если честно, я про нее и не знал ничего, как теперь выясняется. Конечно, «Театр.Док», «Зигфрид и Брунгильда». Но мы были фейсбучными друзьями и я, скорее с уважением, нежели с интересом, следил за ней. Она не была «моим» человеком. Ее «профессиональная оппозиция» мне была не близка. Но то, что она делала, я считал важным. Искренне переживал, когда «Театр.Док» поперли с Трехпрудного. Это была красивая и правильная История в красивом и правильном театральном пространстве. Продолжал интересоваться «Доком», имея там хороших знакомых, доверяя их репертуару.

Как-то Елена Анатольевна неожиданно пригласила меня на свой, только появившийся, спектакль «В поисках священных даров».  Место было выбрано как нельзя более «сакральное». На Армянском переулке, рядом с еврейским «Гиллелем» представляли спектакль о старообрядцах. Я пришел и был захвачен в плен. Наверное, Елена Гремина этим спектаклем хотела поговорить о «сегодня», как она это любила. Для меня же он оказался больше про «всегда». О чем я и поделился с ней и со всеми, кто это хотел прочесть, кому это было интересно.

Вот и вся наша «общая история»…

Для нас сторителлеров, даже неожиданная смерть, не трагедия. «В гости к Богу не бывает опозданий…» Но, лишний повод поговорить о героях. А они, во-первых, смертны. А, во-вторых, в течении своей героической жизни, нуждаются в простой человеческой поддержке. Прежде всего, от «своих».
Елена Анатольевна вместе с Михаилом Юрьевичем прожили интересную, счастливую жизнь. Но, лишнее печатное «спасибо» им бы не помешало, и было бы не лишним…
Вот об этом не мог не сказать…

Спасибо, Елена Анатольевна!
Спасибо, Михаил Юрьевич!
СпасиБог!      

Картинки по запросу Елена Гремина